Город без наркотиков: Москва

Сейчас проблема наркоторговли в России вновь оказалась в центре внимания СМИ. Сообщают, что в прошлом году удалось значительно сократить массу героина, идущего из Средней Азии в Россию. По данным БСМЭ число смертей от передозировок опиатов сократилось в 2007 году на 11%. Однако по мнению ряда специалистов проблема наркотиков в России стоит все еще очень остро.

Мы попросили прокомментировать текущую ситуацию Ивана Федорея, Президента московского Фонда «Город без наркотиков», общественной организации, занимающейся борьбой с наркобизнесом. Ранее мы рассказывали об аналогичной организации в Нижнем Тагиле, которая, к сожалению, сейчас прекратила свою работу. Теперь речь об аналогичном фонде, действующем в Москве.

- Какова ситуация с наркотиками сейчас в целом в России и в Москве? Сообщают, что, начиная с прошлого года и в городе, и в стране стало уменьшаться число передозировок?

- На самом деле ситуация продолжает ухудшаться. Да, есть ряд крупных городов: Москва, Нижний Новгород, Екатеринбург, где ситуацию удалось переломить даже после введения в законодательство предательского понятия «средних» доз. Но, к примеру, в Подмосковье ситуация стала хуже. То есть, наркоторговлю удалось выдавить за пределы города – но область контролировать сложнее. И такая ситуация по всей России. Не секрет, что огромное число московских наркоманов до недавнего времени ездило за наркотиками в соседнюю Тверскую область, в г. Кимры.

Причины различий города и области довольно просты: в городе проще отслеживать ситуацию – он по территории меньше, наркоманы взаимосвязаны и наркоторговцы кстати тоже. В области же за счет большей территории и меньшей плотности населения все сложнее – информацию тяжело черпать, отследить перемещение наркоманов тоже тяжелее.

- С какими наркотическими препаратами чаще всего приходится сталкиваться сотрудникам московского ФГБН?

- Чаще всего это героин и синтетические наркотики. Хотя в Москве достаточно и других наркотиков, в том числе и редких. За последний год около 10 операций Фонда совместно с ныне расформированным УБОПом были по кокаиновым наркоторговцам.

По оценкам Фонда, около 50% наркоманов в г. Москве употребляют время от времени «аптечные» наркотики (буторфанол, коаксил и т.д.), а 20% постоянно употребляют именно их. Буторфанол – ни больше, ни меньше – «младший брат» героина. Внутривенное употребление коаксила (а это таблетки, которые нужно растолочь и растворить, при этом в растворе остаются твердые частицы) приводит к флегмонам, гангренам, и, соответственно, ампутациям. В силу последствий употребления и легкой доступности, на данный момент это и есть самые опасные наркотики.

- Каковы источники появления наркотиков в городе и области?

- По данным МВД, почти весь героин попадает к нам из Таджикистана. Вообще среднеазиатская граница – это мягкое подбрюшье России, в которое бьют наркоторговцы. Граница никак не контролируется, более того, облегчение въезда для граждан стран Средней Азии, возможно, необходимое по внешнеполитическим причинам, играет злую шутку в области борьбы с наркоторговлей. Синтетические наркотики идут из Прибалтийских стран и Украины, кокаин – через портовые города. Насколько я знаю, в Восточной Сибири «синтетика» проникает через Китай.

- Какова роль наркотиков в общей картине современной преступности?

По данным Росстата, в прошлом году была совершена 231 тысяча преступлений связанных с оборотом наркотиков и 11,7 тысяч преступлений были совершены лицами в состоянии наркотического опьянения.

- Сложно оценить реальную роль наркотиков в общекриминальной ситуации по стране. Я встречал данные, что до 70% мужчин, отбывающих срок в местах лишения свободы, инфицированы вирусным гепатитом, то есть «профессиональной» болезнью наркоманов. По словам оперативников ГУВД г. Москвы, большая часть разбоев, грабежей, краж в столице совершается наркоманами. Когда молодой человек начинает употреблять наркотики, он переступает черту, разделяющую законопослушных граждан и преступников. Например, один употребляющий наркотики просит другого употребляющего достать наркотики, деньги… А на самом деле тот из них, который достает наркотики, совершает особо тяжкое преступление и ему вполне может грозить до 20 лет тюрьмы. Да и наркотики стоят недешево, наркоманы же обычно не работают – а значит деньги надо искать. Сначала выносят все у себя из дома, потом начинают красть у других.

- Что чаще всего толкает людей на прием и распространение наркотиков?

- Сами наркотики. Большинство начинают торговать чтобы иметь даже не деньги с этого, а свободный доступ к дозе. Исключение, конечно, крупные наркоторговцы, хотя последнее время даже среди цыганских наркобаронов через одного встречаются наркоманы.

- С чего началась работа Фонда в Москве?

- В августе 2007-го на только что открытый электронный ящик Фонда пришло сообщение о наркоторговле. Мы встретились с местными сотрудниками правоохранительных органов, после этого, отследив перемещение наркоторговца, указали на него. Его и задержали.

Если же речь идет о самой идеи, то понятно, что мы начинали работать с одноименной организацией из Екатеринбурга, но этой весной из-за простого недопонимания московский Фонд разошелся с уральским. К сожалению, раскол произошел и внутри Московского фонда. Те, кто это устроил, говорили, что будут работать вместо нас – а получилось, что просто ушли из этой деятельности. Теперь мы работаем сами по себе, и работаем довольно успешно.

- Кто и как становится сотрудниками Фонда?

- Москва – наш город, а не город наркоторговцев. Мы не хотим, чтобы наши дети боялись ходить по улицам. Наверное, это общее настроение среди нас. Вообще же люди приходят либо через Интернет, либо это общие знакомые. На прошлой неделе пришли двое молодых ребят из политической патриотической тусовки, говорят: «Мы знаем, кто торгует наркотиками и хотим помочь их задержать». Сами нашли подход к наркоторговцу, сделали контрольную закупку и задержали сбытчика амфетамина.

Насколько я знаю, сейчас в России осталась только одна похожая организация на нашу организацию Урале, в Екатеринбурге. Принципиальные различия следующие:

-никто из наших оперативников не получал и не получает зарплату.

-на данный момент у нас, в отличие от Екатеринбурга, к сожалению, нет реабилитационного центра, который на Урале позволяет работать более активно и эффективно.

Например, пришел наркоман на реабилитацию, и его просят помочь в закупке. У нас такого нет, приходится выдумывать, хитрить – но барыг тем не менее мы ловим успешно. Как-никак мы провели 83 успешные операции за год и месяц существования Фонда.

- Как выглядит обычная текущая работа Фонда?

- Проверяем сигналы от населения. Если сигнал действительно имеет под собой почву – пытаемся подойти как можно ближе к наркоторговцу, и одновременно передаем данные в правоохранительные органы. Все сигналы реализовать (то есть задержать наркоторговца) нам не под силу.

Абсолютно ложных сигналов очень мало, всего около 5%, а вот сигналов о торговле наркотиками о тех местах, где просто собираются наркоманы, достаточно. Но тем не менее это нужная информация.

Существуют агенты среди наркозависимых или употребляющих, которые за денежное вознаграждение наводят нас на «барыг», розничных торговцев, мы же либо делаем «подвод» – то есть один из нас через агента знакомится с «барыгой» и покупает, либо просто делает закупку.

- Из новостных сообщений на сайте московского ФГБН:

«В начале этой неделе был задержан гражданин Таджикистана с 1,1 кг. героина, который он приволок из Таджикии. В свое время работал в Подмосковье строителем, мелькал в информации но... в это время уехал к себе».

«Задержан гражданин Таджикистана, работал УБОП ГУВД г. Москвы. Торговал от 20 гр. героина, все бабки проигрывал тут же в автоматах игровых - жил в 20-30 м. от игрового клуба. Торговал как оказалось больше 5 лет - до этого жил в Твери. Ездил раз в "год" в Таджикистан и привозил героин, просто в машине через те дорожки - на которых постов нет российских погранцов, дальше поездом».

«Усилиями Фонда и ГУВД г. Москвы у гражданина России изъято 21 гр. героина, расфасованного - приготовление к продаже налицо на наш взгляд. Проблема в ином, изъятый героин являлся т.н. качественным - "999", чистейший. По информации Фонда жутко возросли случаи предозировок в городе, героин проходит почти без препятствий в город. Связываем это с расформирование УБОПов и конкретно оперативно-розыскных частей работающих против наркоторговли внутри ведомств».

- А как развивалась и какова сейчас ситуация вокруг печально известной дискотеки «Plяж», которой вы занимались?

- Об этом много писали СМИ. Жильцы Котельников подвергались издевательству со стороны организаторов данной дискотеки и ее посетителей, находившихся в состоянии наркотического опьянениия. Люди обращались во все инстанции – без толку. Но однажды кто-то из жильцов совершенно случайно узнал о Фонде и попросил нас приехать полюбоваться на данное мероприятие. Впечатление у меня осталось тяжелое – совершенно наглая наркоторговля, поставленная на поток, полное ощущение что вернулись те годы, когда правоохранительные органы вообще не могли справится с наркоторговлей. Да и обдолбанные несовершеннолетние, дергающиеся под музыку, которая слышна чуть ли не на кольцевой автодороге, оставили тяжелое впечатление.

Мы занялись, написали обращения. Провели несколько удачных акций с местными силовиками, выявили тех, кто торговал – доходило до того, что 4-5 кг. наркотиков единовременно изымалось в районе дискотеки. Сейчас ситуация непонятная – хотя несмотря на теплые дни осени после задержаний больше «опен-эйр» не собирался, посмотрим что будет в следующем году.

- Сейчас много пишут и говорят о роли национальных диаспор в наркотической проблеме. Какова она в действительности?

- За последний год в СМИ проходила информация по пяти случаям, что того или иного лидера национальной диаспоры задержали за сбыт или хранение наркотиков.

Сложно сказать, но мне, к примеру, непонятно куда смотрит таджикистанская диаспора, где вне всякого сомнения есть честные люди, в то время как когда таджики-наркоторговцы создали всем представителям своей национальности в России репутацию «барыг». Мне такая ситуация непонятна. То же относится к цыганским общинам. Остальные диаспоры не так «плотно» втянулись в наркоторговлю, хотя все больше и больше приходит информации, что весь оптовый рынок гашиша контролируют наркоторговцы из Азербайджана.

- Как проходит сотрудничество с властями, правоохранительными органами, религиозными и общественными организациями?

- По разному, хотя на самом деле в любом ведомстве есть люди, которым на все наплевать, а есть нормальные, которым небезразлично. Наиболее плодотворно мы сотрудничаем с УБОП ГУВД г. Москвы – правда теперь у этих оперативных частей сменится название. С РПЦ МП, а если точнее – с епархией, мы пытались навести контакт, но пока безрезультатно – может быть, просто еще не дошло до адресата наше письмо. С несколькими общественными организациями мы плодотворно сотрудничаем, в том числе и с теми которые возглавляют священники РПЦ.

Вообще, мы не стремимся ограничиваться только репрессивными методами. У нас есть специально разработанная наркологом антинаркотическая программа, готовы буклеты и есть волонтеры, готовые заниматься профилактической работой – пару раз даже они выезжали в школы. К сожалению все упирается в деньги: оперативная деятельность отбирает все до копейки. Ровно тот же финансовый вопрос стоит и в случае с реабилитационным центром.

Самое важное – удержать то, что удалось сделать общими усилиями в городе: сбивать рост наркомании и в городе, и в области. Ведутся переговоры по поводу здания по реабилитационный центр – хотелось бы открыть свой, а то действительно уже много людей обращаются за помощью для своих детей, а куда их девать?

http://www.regrus.info/anounces/3/648.html
Автор - Никита МЕНДКОВИЧ